Civilization 5
CIVru.com  


Первая книга серии уже в продаже
База. Начало - 1
Зеленый договор - 16
Зеленый договор - 1
Проблемы индейцев шерифа не волнуют - 7
CivRu рекомендует - Endless Space
Цивилизация 6 - Civilization VI - Civilization 6
Проблемы индейцев шерифа не волнуют
Цивилизация на Карте Земли
Коллективные игры в Цивилизацию
Скачать Civilization 5
"Анекдоты"
"Ловушка для ботов"
"Поглядеть на фильму..."
"Космический лифт, в натуре!"
"Российская власть"

 
 CIVru.com > Онлайн-книга "Альтерра"
Главная
Форум
Травиан
Турниры и Игры
Онлайн-книга "Альтерра"
    Альтерра-комикс
    Параллельная реальность №4
    Бремя учеников
Наша "Цивилизация"
Civilization 5
Civilization 4
Civilization 3
Civilization 2
Civilization 1
Galactic Civilizations 2
Total War Medieval 2
Total War Rome, BI, Alex.
Другие "Цивилизации"
Вне игры

Контакты

Цив-паспорт

 
 

Поиск

 
Текст

Весь сайт
 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Книга 2. Эпоха пара. Ход 42. Возвращение

Ход 42. Возвращение

Одинокая яхта стремительно летела по мягким волнам. Впрочем, одинокой она была, пока не вышла из полосы легкого тумана. Да и яхтой тоже… Две мачты с прямыми парусами рассекли белую дымку и на открытую воду вышла отличная, достаточно быстроходная шнява, к которой кто-то приделал большую квадратную корму. Из кормы торчала средних размеров, скошенная назад труба, из нее вился легкий дымок, а по бокам вращались два пятиметровых гребных колеса, закрытых сверху большими полукруглыми кожухами. Ветер был попутный и машина на странном гибриде пароходошнявы не работала...

Олег «Фантакт» Казаков

Alterra/Альтернативизация
(книга по мотивам игры Цивилизация, и ее многочисленным подражаниям)

Книга 2. Эпоха пара

Предисловие


Фрагменты земной поверхности, части городов и несколько групп людей перебрасываются в новый мир, к счастью пригодный для проживания. Процесс растягивается на несколько столетий и земная флора и фауна распространяются, побеждая местные формы жизни, следы цивилизации быстро разрушаются и людям, пришедшим последними, достается дикая планета. Небольшое племя объединяется вокруг руин старого замка и основывает колонию. Выясняется также, что пришельцы происходят с нескольких параллельных миров, развитие на которых было близким, но отличалось в деталях. Решив первоочередную задачу по выживанию, колония начинает развиваться. Природа катаклизма, приведшего к перебросу, остается неизвестной…

«28 апреля, первый год после прибытия. Сегодня большой отряд ушел к пароходу. Готовятся к походу на Питер, стягивают все силы в новую крепость. А мы идем на север. Командор приказал выйти на Заставу, там разделится на две группы и исследовать северное побережье. Обидно, все воевать идут, а мы в стороне. Но Командор сказал «война войной, а карто-графия важнее» и «вы еще навоюетесь»… С кем там воевать на севере, глухие места совершенно?..
2 мая. Добрались до Заставы. Сегодня отоспимся, а завтра в путь. Ближайшие окрестности нам примерно знакомы, а что дальше, пока никто не знает. Берем палатки, немного продуктов, в основном сухари, вяленое мясо, лук вместо витаминов. Пару сборных двухместных байдарок, на всякий случай. Группа, которая пойдет на восток, должна пересечь реку, а там, наверное, и озера начнутся. А наша группа пойдет на северо-запад, до ближайшего берега, и потом свернем на север.
10 мая. Вышли на побережье. Ставим лагерь. Поход через лес был долгим и утомительным своей монотонностью. Лес пустой и холодный, трава еще не пробивается, листьев нет. Очень сухо, но по ночам еще заморозки. На море вдоль берегов в тенистых местах еще стоит лед. Пару дней постоим, поглядим что вокруг и пойдем вдоль берега на северо-восток.
12 мая. Нашли на берегу большую просторную бухту с хорошим выходом на сушу, рядом пологие холмы, ручей, даже скорее небольшая речка, отличное место для какой-нибудь будущей деревни. Сложили из камней небольшую пирамиду, заложили внутрь записку о том, что мы здесь были. Завтра отправляемся дальше…»

Из дневников Саньки-Гоголя


Ход 42. Возвращение

Одинокая яхта стремительно летела по мягким волнам. Впрочем, одинокой она была, пока не вышла из полосы легкого тумана. Да и яхтой тоже… Две мачты с прямыми парусами рассекли белую дымку и на открытую воду вышла отличная, достаточно быстроходная шнява, к которой кто-то приделал большую квадратную корму. Из кормы торчала средних размеров, скошенная назад труба, из нее вился легкий дымок, а по бокам вращались два пятиметровых гребных колеса, закрытых сверху большими полукруглыми кожухами. Ветер был попутный и машина на странном гибриде пароходошнявы не работа-ла. Капитан на мостике огляделся кругом.

Вдалеке в море стояли несколько рыбацких баркасов. Слева по курсу открылся недалекий берег, вдоль которого и бежало судно. По прибрежным холмам, пыхтя и выпуская клубы пара, полз по неширокой колее небольшой паровоз о шести колесах и одном машинисте, трудолюбиво таща за собой три маленьких вагончика. Машинист заметил судно и паровозик издал пронзительный свисток, в ответ над морем прозвучал басовитый ревун, звук от которого отразился от берега и пошел гулять эхом над волнами. Навстречу составу выскочила из-за поворота курьерская дрезина, небольшая двухместная тележка. Си-дящий впереди подросток уже отжал рычаги, тормозя и отсоединяя привод к колесам от тяжелого, почти метрового махови-ка за своей спиной. Второй курьер, стоявший сзади держась за поручни, прекратил раскачиваться на педалях, раскручиваю-щих маховик. Дрезина встала и курьеры, соскочив со своих мест, с заметным усилием подняли ее с двух сторон и сняли с рельс. Маховик продолжал вращаться. Машинист приветливо помахал курьерам, проезжая мимо них и дал очередной свисток. Молодежь в этом мире без работы не сидела.

На борту, наблюдая за происходящим, стоял молодой парень лет двадцати, одетый в кожаные брюки и куртку следопыта. В прошлом командир скаутов Санька-Гоголь, а нынче лейтенант дальней разведки Александр Гоголев, опирался на фальшборт, лениво разглядывая окрестности. В выделенной ему каюте лежал уже законченный отчет о последнем походе, и наконец-то появилось свободное время, когда не надо было никуда бежать и ничего делать. Пароходик очень удачно встретился возвращающейся группе в отдаленной рыбацкой деревушке. «Прямо мечта поэта – сельская идиллия и мирная пастораль… Птички летают, рыбаки сети закинули, на берегу поля и леса, паровоз, как напоминание о цивилизации… Хм… А я думал, его не раньше осени пустят, надо будет уточнить в городе… Знал бы, пошли бы вдоль железной дороги». Его внимание отвлек жаркий спор на палубе. Несколько матросов расплетали канатную бухту, и самый старший из них что-то горячо и громко рассказывал под смех остальных.

- Ты молодой еще, тебя с нами не было, - говорил старый матрос, не прекращая работу, - Здесь держи… Вот так… Да. А мы той весной, после того как нападение отбили, пошли на Питер. Собрали всех, кого могли, оставили только малолеток, да стариков, ну и немного мужиков постарше, чтобы было кому работать, не все же на баб-то оставлять. Ну вот… Нас тогда вдоль берега на яхте довезли километров за тридцать от Крестов-то. Там еще пролив неширокий, а может фьорд, узкий, длинный, скалы кругом. Пешком-то мы бы его долго обходили, а так по воде-то сразу на тот берег и высадили. Несколько отрядов уже до нас прибыло и уже лагерь разбили. Кого-то из опытных вояк заслали под самый город, прочесывать округу. Говорят в самом Питере еще с зимы наши-то сидели, скорешились с местными и ждали, когда мы нападем. Но про то я точ-но не знаю, хотя слухи ходили… Ага… Так мы значит как все собрались, так и пошли всей толпой, разбили нас на отряды, командиров назначили. Ну там пограничников, и тех кто с опытом – их-то в штурмовые группы, а мы, значит, ополчение, прикрывать должны были. Вышли за пару дней, не спеша, на луг какой-то и там, на окраине леса и встали. Из леса разведка вышла, до Питера-то всего ничего, пара километров и осталась. Ну и стали лагерь ставить. Я гляжу, вояки помоложе костер налаживают. И как крикну им, вы что, значит, делаете! Сейчас все вокруг запылает! Они мне, ты чего мол, дед, это я то дед… А я им – вы вокруг то поглядите. А погода была жаркая, сухо, дождей недели три не было. Ну вот как сейчас прямо. Снег сошел давно, а свежая-то зелень не идет, на полях да в лесу трава да листья как порох, спичку кинь и вспыхнет. А они место не расчистили, костер камнями не обложили… И рассказываю им случай один. Еще на Земле было, по молодости, да... Пошли мы как-то с приятелями в конце апреля на залив, шашлыки - не шашлыки, сосиски у костра пожарить, бутылочку распить, девушку взяли, не самим же жарить. Выбрали местечко, камень такой огромный, что дачный домик, а ветер был, дуло сильно, но солнце грело все же. Берег, вода. Вдалеке палатки стояли, там туристы с машинами приехали, как раз под выходные дело было. Все отлично, сложили костерок как раз под камнем тем. Я еще тогда тоже сказал, давайте, мол, ка-мушками обложим, будем туда прутья втыкать, чтобы не на руках сосиски держать. А старшой-то тогда и говорит, да, давай, соберите камней вокруг, а сам запалил костер-то. Думал, прогорит пока. И как тут ветер дунул! И как тут все вокруг пыхну-ло! Сначала трава и листья прошлогодние, потом на тростник пошло, потом кусты вокруг запылали! За секунду вся наша стоянка в огне оказалась. Мы давай тушить, кто ногами топчет, кто ветку схватил – хлещет, а огонь все больше… В одном месте забьешь, а он с другой стороны подползает. Дым вокруг. А ветер-то на палатки дует. И вот туда летит облако дыма, за ним огненный вал и мы мечемся, загасить пытаемся. Я как тогда представил, что сейчас огонь до машин дойдет, мне сразу там же и поплохело. Гляжу, от палаток уже народ бежит кто с чем, кто с лопатой, кто с матюгами… Но видят, что мы тушим и давай нам помогать тоже. Так общими силами и забили. И вот сидим мы на погорелище том, полоса выжженной земли метров сорок на шестьдесят, и уже никто ни сосисок не хочет, ни девушку… Да, осталось, что вспомнить. Так я тот случай-то и рассказал. Посмеялись конечно все, но под кострами все до земли расчистили и обложили как положено. А я оборачи-ваюсь, гляжу, Командор стоит с офицерами. Они-то тоже слышали, как я рассказывал про поджог наш… Но ничего он мне не сказал тогда, повернулся да ушел. Переночевали, значит. Утром из палатки выползаю, солнце встает, на небе не облачка. И ветер. Северный, я еще подумал, хорошо, в спину дуть будет. А тут приказ – готовить факелы. Наше дело маленькое, ска-зали, значит надо. Вышли мы на Питер. Штурмовые группы вперед ушли, там уже затаились где-то. А нам командир говорит –до края леса метров двести осталось, дальше поля одни, растягиваемся цепью, факелы готовьте. Тут то до меня дошло, что решили командиры под дымовой завесой в бой идти. Ну и так оказалось, что наш отряд с самого края справа встал, а я как раз самый правофланговый и есть. И пошли, идем, все подряд поджигаем, ветер дым вперед гонит. Потом слышу кричат. Оглянулся, а сзади уже не то что дым, а уже ветки горящие ветром несет, лес-то сухой, пока разгорался, а уж как запылало!.. И мы давай вперед бегом! Но по дороге я не забывал еще факелом по кустам махать, чтоб значит дыма-то побольше… Сзади жаром в спину пышет, вокруг все в дыму, не видать ничего. Тут слева кричат, стягиваемся к командиру. Я влево и побежал. Да видно в кутерьме этой с маршрута сбился, выскакиваю на край леса, вокруг никого. А выскочил как раз на огороды питерские. Глянул, из леса дым стеной валит, ветер его к земле пригибает. И фигурки вроде побежали. Мои значит. Я так решил, сейчас наискосок-то проскочу, как раз своих и догоню. Тут как раз кучи валежника лежали, видимо чистили поля в том году еще. Я факел то в них бросил и давай за своими. И вдруг навстречу пять мужиков со стволами. Все, думаю, сейчас меня как поджигателя тут и кончат. Но буалву свою перехватил. А это наши штурмовики оказались. Как раз урковский патруль положили. Давай говорят с нами, один не бегай. Мне что, с вами так с вами… И рванули мы напрямую прямо в дым. А там гляжу, мама дорогая, пятиэтажка стоит раздолбанная вся, стены одни, а вокруг лачуги какие-то, землянки накопаны. Вояки-то кричат местным: все по норам забились, не высовывайтесь! И бежим дальше. Дым все гуще. Из дыма выскочил кто-то, его сразу в землю носом, по затылку прикладом – хресь! Готов. Хватай, кричат, ствол у него, погнали дальше. Гляжу – обрез, цапнул, пояс с патронами стащил с трупа и дальше… А впереди-то Кресты! Сверху кто-то стрелять начал, да в таком дыму разве чего углядишь. Лупят в белый свет… Мы под стену, тут ворота рядом, еще штурмовики наши подтягиваются со стороны. На вышке караульной кого-то завалили сразу. Все, говорят, стой у ворот, жди своих, а мы внутрь, если что, мол, стреляй - не задумывайся. И все в ворота и ломанулись, а там уж стрельба вовсю пошла. Я перезарядил, к стене привалился, жду. Тут ополчение наше подваливает. Я с перепугу чуть не пальнул. Внутри-то поутихло уже, командир кричит – разбились на тройки-пятерки, бегом прочесывать, вдруг кто затаился где. И побежали мы внутрь. Только уцелевшие зэки все в одно крыло ушли и на верхнем этаже заперлись. Хотели через крышу уйти, да пограничники их и там прижали. На том бой и кончился. Просидели они три дня наверху, а потом и сдались. Только главный их с помощниками ближайшими, как оказалось, деру дал сразу, как только дым повалил из леса. Почуял видно, что жаренным запахло. Говорят, за море утек. Может в Москву подался, если она стоит еще… Да… А меня потом сам Командор перед всеми вызвал и благодарность объявил за отличную идею с дымом… Ага…
- Ты чем дальше рассказываешь, тем больше подробностей вспоминаешь, - засмеялся под общий ржач молодой матрос, - в следующий раз медаль покажешь!..
- И покажу, - возмутился рассказчик, - она у меня дома лежит, не на тельняшку же ее прикалывать!

Санька посмеялся вместе со всеми и решил вернуться в каюту. Сам он в штурме Крестов не участвовал, его со скаутами отослали изучать побережье вдоль западного и северного краев острова. На найденных ими тогда местах и до сих пор строились все новые рыбацкие деревни. Пять лет прошло с тех пор, пролетели как один день. Колония разрасталась. В бывшем Питере налаживалась нормальная жизнь, на юге, за Туманным проливом отстраивалась береговая крепость и уже тянулись туда крестьяне, на новые богатые земли. Санька и его группа возвращались из долгого, почти годового северного похода. Прошел он тяжело, пришлось зимовать на острове посреди замерзшего моря и возвращаться через западных соседей. Им повезло, что выйдя к деревне, группа встретила каботажную шняву. Капитан, знакомый с разведкой, без особых заморочек взял всех на борт. Наконец-то несколько дней можно было отдохнуть.

На корму тем временем вышла из кают группа людей, одетых в яркие куртки и джинсы, с любопытством разглядывавших все вокруг. Санька подошел к капитану.
- А это кто такие?
- Финское посольство. Мы их и дожидались, так бы вы пешком дальше и топали, - ответил капитан, - вчера они прибыли, и мы сразу и отправились обратно в Замок.
- А чего хотят, не говорили?
- Да кто ж их поймет. По своему лопочат. Переводчик есть у них, еще парочка вроде плохо, но говорят по-русски. Торго-вать хотят, может еще что…
- Был я у них на хуторах. Ухожено все. Этой зимой и два года назад через них шли… Только их мало совсем и разбросаны они по островам, - Санька вспомнил, как им подкладывали молодых девушек, финнам требовалась свежая кровь, - Чем с ними торговать, лесом если, и железом… Женихами еще.
- Не знаю, придем в Замок, там все выяснится. Отдыхай пока, если погода не испортится, завтра уже будем на месте. По-ка разгрузимся, пока решат, куда дальше пойдем. Глядишь, еще раз вас подкинем по назначению…

Замок похорошел. Башня обзавелась куполообразной крышей, продолжая служить самым высоким на изученном пока пространстве карты маяком. Деревянные стены, образованные двойным частоколом, с земляной и каменной забутовкой, начали и снаружи обкладывать камнем, но поскольку внешней угрозы вроде не намечалось, работы как водится шли медлительно и долго, растянувшись на многие года. Небольшая бригада строителей не успевала перерабатывать подвозимые с карьера гранитные блоки, и каменная гора на берегу пролива напротив замка постепенно расползалась вширь, занимая все большую часть берега. Но с другой стороны, это было и хорошо, так как город начал застраиваться каменными домами, используя тот же гранит. Город тоже понемногу разрастался, скоро мыс перед замком будет полностью застроен. На вершинах холмов стояли ветряные мельницы. Кузница на старом бастионе выросла в большие мастерские. Городские архитекторы четко выдерживали старый уличный план, не давая строить новые дома где попало. Большинство новоделов стояло на старых, откопанных и восстановленных фундаментах. По сравнению с былым великолепием и кирпичными громадами, почти полностью деревянный и малоэтажный городок смотрелся бы блекло, но люди еще помнили, каким шоком стал для них заросший лесом берег на месте где раньше стоял город…

Сойдя на берег, Санька отпустил группу и небольшой отряд радостно устремился к стоявшему в отдалении большому строению, служившему для дальней разведки и центром общения, и общежитием, и столовой, и, если надо казармой. Сам Санька направился в штаб разведки, где сдал отчет и новые карты, коротко рассказал о походе, взял пачку чистой бумаги, желтоватые плотные листы, изготавливаемые на Базе Байкеров, пузырек чернил и несколько металлических перьев, писать гусиными он так и не научился. Дежурный офицер порадовался возвращению группы, но все в городе были заняты прибывшим посольством, и Санька получил несколько дней для отдыха.

Дома, а центр дальней разведки для многих уже стал родным домом, уже накрывался большой стол. Все, кто был на месте, собирались, встречая вернувшихся. Для большинства жителей города эти бывшие скауты-переростки, продолжающие бегать по лесам и не нашедшие себе более достойного занятия, были малоинтересны, если только они не находили чего-нибудь ценного или нужного для колонии. Но в своей компании они все были героями сегодня. Группы пока еще редко уходили так далеко и так надолго.
- А что сразу-то не вернулись? – спросил кто-то за столом, - И где Алина с Серегой?
- Да долгая история, - отозвался Санька, - Ленка ногу подвернула. Вот ее и спросите. А Алю пришлось с мужем оставить у финнов, куда ей с маленьким ребенком идти. К осени может привезем.
- Лен, рассказывай, что там было, - начали теребить подружку соседки.
Лена, вернувшаяся из похода в интересном положении, краснела, обнимая руками свой большой живот, но понемногу разговорилась.
- Это я виновата. Мы уже дошли до последней намеченной точки и собирались возвращаться. Осенью уже, заморозки по утрам. Мы и так далеко забрались. Я утром пошла до кустиков и вдруг увидела пачку сигаретную, почти новую, она на ветке висела. Я испугалась, побежала и нога между камней попала, подвернула. Очень больно было. Я кричать начала…
- А чего испугалась то?
- Сама не знаю, показалось, может люди рядом, а места глухие… Так я упала и ору. Парни подбежали, меня подняли, а я идти не могу. А нам полста километров лесом до пролива… Пару дней решили переждать, а потом метель началась, все сне-гом завалило, так неожиданно. Мы в палатке чуть не замерзли. Ну и подумали, что, может, на байдарках вокруг острова обойдем, пока море льдом не закрыло…
- Только зря мы на это рассчитывали, - продолжил рассказ Василий, разведчик-новичок, для которого это был первый поход, оказавшийся таким долгим и трудным, - Пока Ленка в палатке сидела, мы по холмам вокруг побегали. Остров огромный просто… Мы его поперек прошли, похоже, в самом узком месте. Мы когда по ранней весне его с западной стороны все же обошли, там крюк в сто с лишним верст. А в другую сторону пока даже и не ясно. Мы тогда и не знали как дальше быть. Тащить Ленку на руках по снегу, проще было ее съесть на месте…

Все дружно засмеялись. Шутки о каннибализме среди разведчиков были главной пугалкой у молодых мам, отговаривающих своих подросших чад от побега в скауты, или, прости Господи, в дальнюю разведку… Еще курьером подработать можно, но потом надо дом поднимать, семье помогать, огород опять таки, осенью картошку копать, коноплю да лен собирать, зимой ткать или канаты-веревки вязать… В крестьянских, да и городских хозяйствах работы всегда хватало. А эти.. Только и умеют, что по лесам бегать, да девкам животы надувать.
- Ну, так тут мы опять про эту сигаретную пачку и вспомнили, - продолжал Василий, - свежая она была. А вокруг никого. Тогда Саша и предложил через пролив дальше на север идти, пока совсем не застыло все. Мы остров на севере еле разглядели, но он там точно был. Собрали байдарки и поплыли, холодно было, но зато море спокойное, стылое. И мы нашли этот остров, а на нем зимовье. Строили его прочно и знающие люди. Дом деревянный, бревенчатый, наполовину в землю вкопанный, крыша слоем земли засыпана. Внутри печка сложена, небольшая правда, но грела хорошо. Лес там рядом рубили, вид-но было, что пеньки торчат. Внутри несколько банок жестяных, там крупы немного, макароны, спички, сигареты. Может хозяева и не думали возвращаться, но о будущих гостях позаботились. Там мы и остались. Зайцев били, птицу, рыбу ловили. Так зима и прошла. Когда уходили, тоже оставили, что смогли, крючки рыболовные, леску, арбалет… Рыбу вяленную, мо-жет не испортиться. Мясо сушеное. Да, мы же записку нашли. Рыбаки это были с сейнера. Откуда-то из Мурманска. Они обратно на север пошли, за судном своим. Вроде по радио сигнал получили… Мы тоже записку написали, кто мы, откуда. Как пригревать стало, да море вскрылось, мы тоже домой засобирались. Остров обошли и на юг, там уже и финские хутора. У них ночевали… Там уже легче было.
- Мы там еще остров нашли, черный весь… - добавил Санька, - еще дальше на север. Тоже почти на горизонте был. Толь-ко по цвету и заметили, выделялся на белом фоне. А за ним уже открытое море, не видно ничего. Может дальше и есть ост-рова, но на байдарках туда уже не доплыть. Остров странный, камни да лишайники, все черное… Вот смотрите.

Санька вытащил из кармана небольшую выдолбленную из дерева баночку, открыл и насыпал на стол немного черного порошка.
- Воды дайте!..
Капнул немного и порошок начал пузыриться.
- Ого! И что это? А сколько надо воды? – посыпались со всех сторон вопросы.
- Лишнюю воду он не берет, а так я думаю, это или мох, или гриб какой-то. Это споры какие-то. Оживают от воды. Свечку дайте.
На стол поставили горящую свечу и черная лужица вдруг собралась в плотный комочек и медленно, переваливаясь с боку на бок, поползла на свечку.
- Он живой? Что он делает?
- К теплу тянется, сейчас доползет и начнет вверх карабкаться. Если в огонь попадет, вода высохнет и опять рассыплется на порошок. Я думаю, это какая-то местная форма жизни, просто до того острова земная растительность не добралась еще.
- А он не опасен, может ядовитый?
- Да вроде нет, - ответил Санька, - мы же пока не померли. Посадите его в банку какую-нибудь, посмотрим, будет расти или нет. Зимой не рос.

Семейные пары засобирались по домам, остальные решили пойти в клуб на танцы. Санька подошел к окну, осмотрел скаутскую слободу. За год в ней появилось два новых домика, кто-то из ребят еще обженился и им всем миром поставили новое жилье. Сам Санька решил отлежаться в своей комнате на втором этаже. Идти на танцы изображать из себя героя совсем не хотелось, а дома все же было относительно тихо и уютно. Второй этаж был обычной общагой коридорного типа с комнатами на обе стороны, с мужскими и женскими удобствами по разные концы коридора. В комнатах жили по два-три человека, но обычно большая часть разведчиков была в походах, так что полный состав собирался только зимой. Саньке как первому командиру выделили персональную комнатуху, маленькую, но зато полностью свою. Ему бы и дом поставили, но от этого Санька категорически отказался, рассудив, что семейным оно нужнее. Дверь в комнату была открыта, на пороге стояло ведро с водой, а в проеме болтался чей-то тощий зад в оборванных джинсиках. Из-за двери доносилось шуршание тряпки по полу, шшурхх, шшурхх…
- Ты там поосторожней, ведро собьешь, будешь еще и коридор намывать, - окликнул Санька «джинсики».
- Ой, - в дверях появилась худенькая девушка, поправляя челку мокрой рукой, - а я тут решила быстренько… А то давно не убирались, пыль протереть, пол…
- А я тебя помню, - отметил Санька, - тебя вроде Катя зовут. Ты к нам в скауты пришла в прошлом году. Только мне казалось, ты ниже ростом.
- Катя, - подтвердила девушка, подхватывая ведро, - выросла, ничего странного. Вам воды нагрели в душевой, помойтесь с дороги. Побежала я…
- Угу, давай, и это, спасибо!

Санька вошел в комнату и скинул у порога сапоги, чтобы не топтаться по еще не просохшему полу. Келья два на три, койка, стол, одно окно, тумбочка для личных вещей, найденная где-то в развалинах. Вешалка на стене, в углу кран над раковиной. Вода поступала по глиняным трубам из бака на крыше, а туда ее загонял небольшой насос на ветровой тяге. В подвале был построен резервуар, наполнявшийся из ближайшего родника. Оттуда и поднимали. Санька растянулся на кровати. Наконец-то он был дома…

Когда уже стемнело и Санька почти заснул, намытый и благоухающий, на чистых простынях, дверь легонько скрипнула и кто-то проскользнул в комнату. Пока Санька продирал глаза, к нему под одеяло заползло щуплое обнаженное тело, прижалось горячим боком, маленькие, но уже упругие груди уперлись под ребра. Голова девушки прижалась к его плечу.
- Я тебя так ждала, так ждала, а тебя все не было и не было, - Санька почувствовал на плече влагу и понял, что девушка плачет, - я так боялась, что вы не вернетесь…
- Катя, ты что ли?
- Я! Я! Я тут вся извелась, а ты даже не поздоровался!
- Прости, - Санька подвинулся и приобнял девушку, пытаясь ее успокоить, - а с какого перепугу ты так волновалась? Я разве повод давал какой-то?
- Чурбан ты бесчувственный! Неужели ты не видел, как я на тебя смотрела! Как старалась все время возле тебя быть, - девушка готова была уже разрыдаться в полный голос, - я тебя сразу, как только увидела, сразу поняла, что люблю только тебя одного… А ты ушел с группой и даже меня с собой не позвал.
- Слушай, - Санька поднял голову девушки и просушил ей глаза губами, - я-то откуда знал? Мало ли малолеток к нам приходит, я что, каждую должен проверять, не влюблена ли она? Да и не помню я ничего такого…
- Неужели ты меня совсем-совсем не любишь, ну хоть немножечко? – голос девушки звучал умоляюще.
- Нет, - подумав, ответил Санька, - нет, ты симпатичная девчонка, но я же тебя практически не знаю совсем…
- А можно я, ну хотя бы сегодня, останусь с тобой? – как-то обреченно спросила Катя.
«Ох уж мне эти гормональные взрывы, - подумал Санька, - Химия любви… Господи, опять ночь не спать…»

Утром как только рассвело, или сразу после завтрака, который Санька проспал, или еще часа через два… В общем, в дверь начали сильно барабанить. Катя проснулась, ойкнула и спряталась под одеяло, зыркая оттуда испуганными глазами.
- Кто там? Заходите? – отозвался наконец Санька.
В дверь вошел посыльный. Сразу оценив ситуацию, он звонко рассмеялся.
- А я то все голову ломал, почему вас всегда возвращается больше, чем уходит! А вы и здесь время не теряете…
- Чего пришел-то? - хмуро спросил Санька.
- Лейтенант, вас вызывают в штаб, - сразу посерьезнел посыльный, - на доклад к адмиралу и для получения дальнейших распоряжений.
- Да мы только вчера пришли! – возмутился Санька.
- И группу свою предупредите, пусть собираются. Адмирал ждет через полчаса.
- Ладно, - махнул рукой Санька, - будем. Спустись вниз, глянь там, наверняка они жрут что-то. Заодно и скажешь. Только Ленку с ее парнем придется оставить, ей рожать скоро. Так что нас трое останется.
Посыльный ушел, а лейтенант начал собираться.
- А я? Сашенька, ты опять уйдешь и меня оставишь? – высунулось из под одеяла ночное растрепанное чудо.
- Солнце мое! Я разве тебе что-то обещал? – удивленно обернулся Санька, - с тобой было хорошо, не спорю, но это было по твоему желанию и для тебя, ты сама этого хотела.
Девушка фыркнула, взгляд ее потемнел, казалось, что она сейчас вылетит из под одеяла злобной фурией в чем была, то есть без ничего, и расцарапает парню лицо.
- Вот только не надо тут устраивать истерики! – повысил голос Санька, - Я был с тобой предельно честен, я сказал, что не люблю тебя. Было такое? Было. Ты решила все равно остаться. Ты думала, что прошедшая ночь что-то изменит? Прости, что не оправдал твоих ожиданий, меня вызывают.

Санька вышел, хлопнув дверью.
- Я все равно буду тебя ждать! – донеслось ему вслед.

«Вот дура малолетняя, - сплюнул с горечью Санька, - вбила себе в голову черт знает что…»

В штабе было как обычно малолюдно, но в кабинете адмирала виделось какое-то оживление. Санька попросил разреше-ния войти и вошел, как обычно не дожидаясь ответа. Из-за стола, где уже сидело несколько человек, поднялся «дядя» Андрей, первый и пока единственный адмирал Колонии.
- Заходи, заходи, лейтенант. Я смотрю, ты еще больше вырос.
- Да бросьте вы, просто давно не виделись, - отмахнулся Санька, - чего звали то?
- Эх, Саша, когда ж мы тебя к дисциплине приучим, - вздохнул адмирал.
- Да, наверное, никогда, - пошутил Санька, - сами то вы в адмиралы тоже по случаю попали…

За столом все дружно рассмеялись. Большинство из присутствовавших не были в прошлом военными людьми и жизнь по Уставу была для них чем-то далеким и неинтересным. А единственный действительный офицер среди них был следователем военной прокуратуры, тоже придерживающийся весьма своеобразных взглядов на казарменное уложение. Так что в разведке царили слегка расхлябанные порядки, но это как ни странно, помогало людям держаться вместе и вместе делать одно крайне важное для выживания колонии дело. Картография и исследование территорий было только частью общей для всех работы, хотя иногда казалось, что именно дальние походы были визитной карточкой скаутов, и именно это привлекало новых людей, не умеющих сидеть ровно на одном месте. Но у разведки были конечно же и другие, более замаскированные функции…
- У меня отпуск, мы только вернулись, - заявил с порога Санька.
- Знаю, знаю, - отозвался Андрей, - поэтому мы приготовили вам настоящий круиз на лайнере по курортным местам. Ва-ша группа не вернулась к зиме и мы решили, что с вами что-то случилось. На всякий пожарный мы пока закрыли северное направление, и все ваши группы ушли на юг и восток. Так что твои парни пока без дела. Считай, что мы вас приписали к флоту, временно…
- Яхта, пляжи, обнаженные красотки? – решил уточнить Санька.
- Э-э, не совсем, - ответил адмирал, - шнява, угольные погрузки, каботажное плавание Питер-Пулково-Южная крепость и обратно, ну и пара мелочей еще. Да не расстраивайся, отдохнуть успеешь. К тому же, я с вами пойду.
- Да, я понял, вам палубных матросов не хватает, - заметил Санька, - а что, точно ничего не случилось?
- Пока нет. Вечером все узнаешь, собирайтесь, после обеда отправляемся…
- Есть, адмирал! – вытянулся во фрунт лейтенант Санька, - Разрешите идти! Разрешите бегом!
И, не дожидаясь ответа, выскочил в коридор. Тем временем в кабинете адмирала продолжался уже подзатянувшийся разговор, но никто не жаловался, дело было важнее.
- Вы считаете, этот лейтенант вам подходит? – спросил грузный, почти лысый человек, сидевший с края стола.
- Вполне, - ответил адмирал, - я Саньку давно знаю, с самого начала, он молод, порой горяч, но всегда делает именно то, что от него требуется в настоящее время.
- Поддерживаю, - вступил в разговор бывший следователь, - отличный руководитель группы, ни одной потери в походах, четко формулирует увиденное, делает хорошую аналитику, внимателен, хотя иногда балбес балбесом, как и все подростки. Но тут дети быстро взрослеют. Могу сказать, что найденные его группой места под новые поселения всегда были самыми лучшими в округе и там уже ставят хутора и деревни. Так что глаза у парня на месте. Хотя как я понимаю, нам сейчас надо не строить, а как раз наоборот…
- Время еще есть, возможно мы преувеличиваем угрозу… Но дополнительная помощь нам все же понадобится – задумчиво ответил грузный… и икнул…

«Что за тип, - думал как раз о нем Санька, торопливо шагая обратно к дому, - вроде я его раньше не видел, питерский что ли, просидел молча, только глазами стрелял, как прицеливался, или приценивался…» Погулять по морю под парусами было бы конечно неплохо, тем более, что все задания были розданы и группы уже ушли или собирались. Полную команду сейчас Санька все равно бы не собрал, а раскапывать со скаутами ближайшие руины все лето совсем не хотелось. Чтобы там не за-думал адмирал, дело должно было стать интересным.

Когда во второй половине дня три парня вышли на небольшой причал напротив замка, на шняве уже заканчивалась по-грузка. Огромные повозки, запряженные быками, уже разворачивались и уезжали с площадки, где была навалена большая куча тюков. Адмирал уже был на борту и, заметив ребят, махнул им рукой.
- Бросайте свои мешки в каюту и подключайтесь к работе. Второй трюм добьем и выходим.

Цепочка матросов сноровисто бегала по двум трапам как колонна муравьев. Тюки были небольшими, но увесистыми. Пахло кожей. В трюме было полутемно, но заметно, что он уже наполовину забит какими-то железками, уже прикрытыми брезентом.
- А куда кожа-то? – спросил Санька соседа по цепочке, подхватывая очередной тюк.
- Говорят, к Пароходу пойдем, там разгрузимся и селитру затаривать будем, - ответил матрос и ушел вперед по трапу.

Все работы закончились часа через два, трюм задраили и шнява под машиной отошла от берега. С причала махали вслед несколько женщин с детьми, пришедшие проводить мужей. Гребные колеса мерно шлепали по воде, а навстречу раскрывалось огромное зеркало залива. Санька вышел на корму, его всегда завораживало это медленное, казалось бы, движение, ко-гда большие деревья и холмы на берегах вдруг отдаляются, становясь незначительной частью горизонта, а вокруг все до са-мого неба – волны, и сверху кажущийся безбрежным купол неба, как огромная крыша мира. И тишина, только поскрипывает что-то на ветру. Ветер усилился, машину остановили и подняли паруса… По левому борту под берегом, на территории ста-рого порта, сразу под бастионом с металломастерскими стоял артиллерийский катер. Угольная куча на берегу заметно поубавилась. На корму вышел адмирал.
- Дядя Андрей, а что катер тут стоит, а не у замка.
- Вчера на Комитете долго решали, что делать в первую очередь. Представители поселений хотели второй паровоз, но мы их убедили, что сначала надо на катере паровой двигатель поставить. Там проще, винты делать не надо ему, уже есть, а па-руса ставить – только если на самый крайний случай, тяжеловат он для них.
- И как это Комитет согласился? – спросил Санька.
- А у них другого выбора нет, финны попросили помощи, а к ним без флота сам знаешь, можно и не соваться.
- На них что, напали? – не понял Санька.
- Пока нет, но они очень не хотят, чтобы это случилось, - адмирал помолчал немного, - вечером все узнаешь, мы на ост-рове Командора ночевать будем. И кстати, посольство тоже туда везем. Если торговые вопросы Комитет сам решает, то по поводу военной помощи послал их к Командору.
- А чего финны хотят?
- Паровоз хотят, точнее трактор на паровом движке. Металл, инструменты. Ветровые мельницы. Кирпич. Бумагу, удобрения… Канаты, веревки, у них там конопли-то нет. Ткань льняную. Взамен обещают лес, точнее пиломатериалы, у них там нормальная лесопилка сохранилась, только им электрогенератор нужен, или опять же паровую машину, еще дают картошку, зерно, собак ездовых и охотничьих, и на будущее – лошадей. У них сохранилось несколько, вроде они собрались их разво-дить. Так что есть что на что менять.
- Вроде они на нас года три, да? Назад, на нас в набег приходили, тогда еще на Пасеку наехали, пограбили слегка, в осаду взяли. Потом пограничники с Заставы подтянулись, отбились, - припомнил Санька, - а теперь, значит, помощи просят.
- Так то с голодухи было, ты вспомни тот год, мы и сами не шиковали, - заметил адмирал, - потом то мы мирный договор заключили, начали друг к другу караваны торговые пускать. Ты и сам сколько раз через их земли проходил…
- Да мы первый раз когда пошли, нас там чуть и не убили тут же… Хотя потом разобрались все же. Наладились отношения. У них там как раз банда какая-то шуровала, а на нас подумали. А мы куда идем то?
- Сначала к Командору, кирпич выгрузим, заберем генераторы, потом на Пароход, кожу отдадим, и все железо, там берем селитру и идем в Питер, заходим на Институтский остров, был там когда-нибудь? Нет? Поглядишь заодно. Дальше в Пулково и потом на запад через пролив в Южную крепость. По дороге селитру раздаем, грузим торф, у институтских - семена. В Южной крепости удобрения сгружаем, берем зерно и гравий. Гравий тащим в Пулково, там меняем его и часть зерна на свинину, потом опять заходим в Питер и возвращаемся обратно. Думаю, за месяц управимся. Шнява у нас пока единственная рабочая лошадка. А в следующем году начнем новый пароход строить. Да и железку может когда дотянем до Парохода сначала, а там и до Питера. Тогда полегче будет с перевозками.
- Я все же не понимаю, а мы зачем? – не удержался Санька.
- Да в основном чтоб без дела не болтались, - усмехнулся адмирал, - да и у Командора для вас есть сюрприз…

Остров Командора лежал в нескольких сотнях метров от основного берега. На горизонте виднелась башня замка, по прямой, по воде, до него было часа два хода под парусом. Остров был явно перенесен с Земли. Обращенная к суше часть полого уходила в воду большими гранитными, отполированными ледниками и морскими волнами за тысячелетия, склонами, а край смотрящий на море был как будто обрублен, как будто каравай хлеба разрубили пополам и одну половинку убрали. Высокий скалистый обрыв понемногу разрушался, но за те несколько сотен лет, прошедших после переноса, еще сохранял свой почти ровный и слишком правильный для естественного природного образования вид. Там, наверху, берег уже укрепляли и там же и стояла усадьба Командора, скорее даже маленькая крепость… Внизу, на обращенной к большой земле стороне, в небольшой бухте поставили деревянный причал для приходящих судов. Шнява пришвартовалась, посольство сошло на берег и охрана повела их наверх, в усадьбу, а команда приступила к разгрузке. Капитан приказал полностью освободить первый трюм. Кирпич из трюма выносили и складировали прямо на берегу у причала. Сначала как обычно начали кидать в кучу, но потом, после того как несколько блоков разломалось, боцман разорался и назначил двоих матросов собирать аккуратно сложенные палетты. Еще до темноты работа была закончена. На шняве всех, кто был свободен от вахт, капитан отпустил на берег, но матросы бывали здесь уже не раз, и портовых кабаков на острове не предвиделось. Так что команда просто развела костер на берегу и жарила шашлыки.
- А наверх как поднимать? – поинтересовался Санька.
- Они сами заберут. За пару дней на тачках перевозят, - ответил адмирал, и улыбнулся - дружинники все равно здесь тренируются, будет для них силовая подготовка… Пойдем, пока на судне делать нечего, мы с тобой у Командора погостим.

Остров был всего пару сотен шагов в ширину, но зато вытянутый в длину и напоминал огромный, лежащий на воде лук. Крепость Командора стояла на самом высоком месте посередине, а на сужающихся краях виднелись караульный вышки.
- Хорошее место. И берег прикрывают и сами во все стороны все видят – заметил Санька.
- Да, - Андрей остановился и, стоя на широкой, хорошо утоптанной и посыпанной галькой и песком дорожке, ведущей вверх по склону, обернулся к проливу, - там по берегу как раз железная дорога проходит, она тут почти к воде подошла. На той стороне тоже причал стоит и, наверное, будут станцию строить. А потом и деревню. Со временем может и перевалочный пункт появится, порт, железка, форт с моря. Хорошее место. А сейчас как раз через эти места к Пароходу тянут железную дорогу…

Дорожка прошла через небольшую рощицу и вышла к огородам, за которыми уже стояла большая деревянная стена, при-мыкающая краями к обрыву и отрезающая часть берега.
- Да тут и правда крепость! – восхитился Санька, - это когда же успели построить?
- Тебя давно не было, - заметил адмирал, - года два вроде… В последнее время много строят. Народа добавилось, хотя и недостаточно. Ты же не был на юге? Там за проливом сохранились в Пулково поселения. И по берегу нашлись еще. Забираем людей сюда, строим. А строить надо много, жилья не хватает, земли для крестьян. Скоро от Заставы до Парохода все в хуторах будет. Вокруг Питера северного тоже. На юге, в Южной крепости, там даже не хутора, там надо села ставить, там земля богатая. Если трактора начнем делать, то на юге житница зерновая будет. А людей не хватает на всё. Главная нехватка в них. Мы уже пятнадцатилетним предлагаем из семей уходить и своим хозяйством обзаводится, даже браки разрешили у подростков, лишь бы они сами, своим умом жили и детей рожали. Очень рабочих рук не хватает. Поэтому приходится брать одно-два направления, а остальные постольку поскольку… И что самое печальное, народ начал забивать на общие стройки. Помнишь первый год? Как все дружно брались, все ладилось, как вместе бандитов ловили. А сейчас мужик дом поставил, жену привел, поля вспахал, корову на урожай выменял, налепил горшков, за зиму лен да коноплю в ткань перевели, приоделись. И все, ничего ему не надо. Живет на своей земле, детишек плодит, а до остальных ему дела нет. Помогли хозяйством обзавестись и до свиданья. И таких все больше. И ничего не сделаешь, только налогом обложить.
- А я на Пасеке школу-интернат видел, и армейское училище в городе, - вспомнил Санька.
- Так приходится! Детей забираем хотя бы на зиму, чтобы выучить, вдолбить им, что жить только для себя – это для нас смерть. Дети, они же как пластилин, что вылепишь, с тем и будут всю жизнь. Если его родители убедят, что хутор и корова, да девка в доме – это главное, то он так и будет всю жизнь поля пахать, да еще урожай прятать, чтобы налог поменьше сдавать. А нам инженеры нужны, строители, химики, геологи. Порох делать, нефть в бензин перегонять, руду искать, не будем же мы всю жизнь болота осушать и железо из болотной руды выколупывать. Много чего надо, не сделаем сейчас, через по-коление-два забудут все…
- Введите налог на железную руду, я читал, в Швеции в средневековье, крестьяне железом сдавали, сами его копали, сами выплавляли, - припомнил Санька.
- Ага, а сколько они леса сожгли и сколько руды в отходы ушло? Они же меньше тридцати процентов из руды вынимали, и качество было – только в повторную переплавку. Нет, это не выход. Ну да ничего, будем живы - разберемся…

Дорога тем временем подвела их к раскрытым воротам. Во внутреннем дворе ковырялись в пыли куры, несколько деву-шек приглядывали за небольшой группой малолетних детишек, правда болтали при этом и смотрели плохо.
- Эй, красавицы, у вас ребенок в собачью будку полез! – крикнул им Санька.
Одна из девушек сорвалась с места, побежала вытаскивать мелкого из конуры.
- Балаболки, - буркнул Андрей, - даже с этим не могут справиться. Говорят, прошлым летом ребенок под крыльцо забрался и с кошками там уснул. А потом дружина по всему острову бегала его искала, мать чуть с ума не сошла, думали даже, что с обрыва упал. Хорошо, Командор их на зиму с острова в город отсылает.

Стена стояла и вдоль обрыва, на углах возвышались небольшие башенки, а в центре заграждение соединялось с огром-ным двухэтажным каменным домом. На крыше с одной стороны поднималась башня, с другой такая же еще строилась.
- Это мы для башен кирпич привезли?
- Точно, - подтвердил адмирал, - С моря там бойницы, как у крепости, по верху галерея для стрелков, а над башней видишь, антенна стоит, там радист сидит.
- Настоящее радио? – восхитился Санька.
- Пока искровой приемопередатчик. Азбукой Морзе помехи создаем, а в Замке их принимают. Потом по станциям телеграф поставим. Может и с берега сюда кабель бросим, под проливом. Пока специалисты есть, будем восстанавливать цивилизацию. Связь нам очень нужна.
- А это в углу, что там за труба, забором огорожена? – Санька указал на высоченное сооружение метров в шесть в диаметре.
- Это ветровая электростанция. Там внутри лопасти стоят по всей высоте, тяга в трубе постоянная, внизу генератор и редуктор, малооборотистые вентиляторы его крутят, а он уже на генератор выдает как положено. В подвале под домом аккумуляторная станция, из Питера приволокли, там гараж нашли. По дому лампочки автомобильные висят. Насос, воду качает из колодца в бак на чердаке…
- У нас такой же, только ветряной двигатель на крыше…
- Здесь проще, ветер нужен только для электричества. Радисту подвели питание и свет. Лампочки наверное будем скоро сами делать, пока с угольными стержнями вместо вольфрамовых нитей накаливания. Тут у Командора много интересного, в левом крыле типографский станок стоит, ручной правда, газету делают. Он потом сам покажет. В правом – слесарня, стволы сверлят, ружья делают. Правда и скорострельность и дальность слабовата, конечно, не снайперки, и даже не винтовка Моси-на получается, скорее помесь мушкета с берданкой.
- Здорово, а где сам Командор-то? – Санька не то, чтобы соскучился, но давно не видел предводителя.
- А сейчас узнаем, - адмирал как раз подошел к крыльцу, на котором скучал охранник, - Начальник где?
- На берег уплыл, - вскочил дружинник, увидев адмирала, - состав с рельсами не прошел вовремя, а из Замка передали, что вышел по расписанию, так второй взвод весь и отправился вместе с Командором, узнать, в чем дело. Да вы заходите, в гостиной стол накрывают, вы как раз к ужину.

…Когда уже стемнело, в большую гостиную вошел Командор. Он скинул на вешалку у входа кожаную куртку и прошел к столу. Финское посольство встало, приветствуя предводителя колонии. Дворовые закивали приветствуя командира, адмирал махнул ему рукой, продолжая грызть куриную ножку, а Санька вдруг расплылся в улыбке от уха и до уха.
- Садитесь, садитесь, господа, - произнес Командор, - привет адмиралу. О, Санька, сколько лет, сколько зим…

Командор подошел к Саньке, тот встал и они обнялись. Потом Командор отодвинул Саньку, держа его за плечи.
- Ты вроде еще подрос!
- Да вы что сговорились все что ли, - шутливо обиделся Санька, - всего-то пару лет не виделись.
- У нас тут такие дела творятся. Ты вроде больше года в последнем походе был? – Командор прошел к своему месту во главе стола, - представляете, какой-то гад отвинтил сегодня рельс на дороге. Хорошо дрезина шла, курьеры заметили, паровоз остановили. Следы нашли, послали людей с собакой, не знаю, поймают ли…

Командор уселся и начал активно поглощать запасы продуктов, выставленные на стол. Зал-гостиная был большой и предназначался не только для торжественных обедов, но и для приемов, балов и заседаний, и, в том числе, аудиенций. Когда все уже наелись и стол освободили от остатков пиршества, дворовые прибрали в зале и удалились. На чистый стол выложи-ли карты. Кроме Командора и финского посольства в зале остались адмирал, воевода - командир дружины и Санька. Финны покосились на молодого паренька, но, видя, что Командор и остальные относятся к нему как к равному, промолчали.
- Прошу простить за вынужденное опоздание, - начал Командор, - если вы не считаете, что уже слишком поздно, то предлагаю начать обсуждение ваших проблем прямо сейчас. Быстрее договоримся, быстрее отправим вас обратно… Утром придет яхта. Она отвезет вас домой…

Пожилой солидный финн начал говорить, а молодая женщина переводила на русский с легким балтийским акцентом. Остальные посольские молча слушали.
- Наши торговые предложения уже обсудил ваш Комитет, ваши представители готовы послать караван с купцами, но утвердить его решение должен Командор. Но у нас есть еще одна, крайне неприятная новость, которая, как нам кажется, будет представлять и для вас определенную опасность. Мы просим вас выделить отряд для охраны наших северных хуторов. Там каждый год шалит какая-то банда.
- А что именно происходит? – уточнил адмирал, - В чем шалость-то заключается?
- Два года назад у нас сожгли северный хутор…
- Я знаю! – влез в разговор Санька, - мы как раз возвращались через те места из похода, в начале зимы это было. Вышли на берег их острова и нашли пожарище, думали, может, угорели хуторяне и не уследили. А потом финны подвалили, начали нас обвинять, что это мы хутор сожгли, но, в конце концов, разобрались. Так ведь и прошлой осенью на севере случилось что-то. Мы слышали, когда месяц назад через них шли, опять что-то сгорело.
- Да, - подтвердил пожилой финн, - где-то в середине осени на севере были уничтожены два хутора. Один сожгли полностью, на втором частично сохранились постройки. Мы успели, загасили пожар. Потом разобрали развалины, нашли тела. И еще вот это…

На стол выложили что-то круглое, завернутое в тряпку. Один из финнов развернул предмет, и все увидели круглый щит, примерно метр в диаметре, с большим медным шишаком посередине, оббитый по краю кожей. Одна сторона немного обгорела, но в целом щит был не поврежден.
- Санька, ну-ка примерь, - попросил Командор.

Санька взял щит и одел его на руку, согнул локоть, прикрывая торс.
- Смотрите, здесь зубы! – заметил он, - Кто-то край грыз!
И действительно, кожа и дерево верхнего края были явно обкусаны, даже не хватало нескольких щепок и кожа была содрана. Щит явно был очень и очень странный.
- Это же сколько мухоморов надо съесть, чтобы собственный щит кусать, - произнес адмирал, - а может кому по зубам досталось как раз краем?
- Мухоморы говоришь? – медленно и задумчиво проговорил Командор, - а покажите-ка на карте, где были нападения?

Финны сгрудились вокруг стола. Карта была нарисована руками на кальке, наложенной на старую земную карту.
- Вот здесь. Это первый хутор, он почти на самом севере. Где-то в начале декабря как раз его сожгли. Вот здесь, чуть западнее, еще два, в прошлом году, в середине осени…
- Август, - сказал Санька.
- Что? – все обернулись к нему.
- Следующее нападение, если оно будет, придется на конец лета и, скорее всего, вот на эту деревню, - Санька показал место на карте, - это единственное поселение на севере, на берегу. Оно последнее… Дальше надо идти вглубь острова.
- А почему летом? – спросил на плохом русском кто-то из финнов.
- Я так прикинул, кто бы это не был, они идут с севера, и каждый год приближаются все ближе. В первый раз пришла небольшая группа, может разведка, скорее всего, им уже надо было возвращаться. Напали на хутор и по льду ушли. Через год основное войско было уже ближе и выслали большой отряд, они напали уже на два хутора и у них было время, чтобы ограбить и сжечь первый, но со второго их, скорее всего, спугнули ваши жители, прибежавшие на дым пожара… Может они действовали двумя группами… Я бы на их месте еще разведку разослал по округе, поглядеть цели для будущей атаки. Мелких хуторов там не осталось, а в дне пути – одна деревня. Очень большая и беззащитная цель. Налетчики, видя свою безнаказанность, должны прийти большим войском, может даже все придут, и вполне могут захотеть там и остаться. Тогда будет война…
- Жуткая перспектива, - ответил финский лидер, - и, похоже, вы правы. Тем более мы вынуждены просить вашей помощи. У нас мало людей, они разбросаны по удаленным островами и нет подготовленных к бою вооруженных сил.
- Викинги с отрядом берсеркеров, - внезапно сказал Командор, - полуголые, обожравшиеся мухоморов, грызущие свои щиты и бросающиеся в бой с одним топором, откинув щит в сторону, неукротимые, злобные, мстительные и… очень уязвимые, так как идут в бой без доспехов. Но могут биться пока не упадут замертво, так как не чувствуют боли, отравленные глюками… А за ними следом идет хорошо бронированная дружина, добивая раненных. В той деревне есть хотя бы частокол? И отряд самообороны?
- Мы не думали, что нам придется столкнуться с варварами, - ответил пожилой финн.
- Теперь придется подумать, - жестко отозвался Командор, - сначала они снесут вас, а потом пойдут по нашим землям. Жить мирно такой сброд не умеет. Все, все свободны, время позднее, завтра решим, что делать дальше…

Финнов отправили отдыхать, а Командор с адмиралом и воеводой засели над картами, думая, как им быть дальше. Санька прогулялся по галерее на обращенной к морю стене усадьбы и тоже пошел в койку в отведенной ему комнате. Ночь стояла тихая и безветренная. Море стыло и с него поднимался густой туман. К утру затянуло так, что от одной стены крепостицы не было видно другой. Туман стоял высокий и плотный, с башен не проглядывалась вода под обрывом. Солнце только-только взошло и еле пробивалось сквозь пелену блеклым кружочком. В двери дома ворвался караульный.
- Вставайте все! С моря гудки, пароход идет!..

fantakt
25-Апр-2008

 

Версия для печати Обсудить в форуме (59 комментариев)

Травиан :: Турниры и Игры :: Онлайн-книга "Альтерра" :: Наша "Цивилизация" :: Civilization 5 :: Civilization 4 :: Civilization 3 :: Civilization 2 :: Civilization 1 :: Galactic Civilizations 2 :: Total War Medieval 2 :: Total War Rome, BI, Alex. :: Другие "Цивилизации" :: Вне игры ::